Внушение и самовнушение

В нашей стране вопросами внушения и самовнушения много я плодотворно занимался академик В. М. Бехтерев. Он считал, что внушаемость — это нормальное свойство человеческой психики, выраженное, однако, у разных людей в разной степени. Внушение, самовнушение, взаимовнушение широко распространены в челове­ческом обществе и сопровождают человека с ранних лет до глубо­кой старости.

По выражению Бехтерева, внушение (в отличие от убеждения) входит в сознание человека «не с переднего входа, а как бы с заднего крыльца», минуя сторожа — критику. Все то, что принимается на веру без соответствующей критической пере­работки поступающей в мозг человека информации, есть внушение.

Если В. М. Бехтерев подвел психологическую базу под явления внушения, то И. П. Павлов дал этому свойству научные, физиоло­гические обоснования. Ученый писал, что слово для человека есть такой же реальный условный раздражитель, как раздражители, об­щие с животными. Но для человека слово является еще более мно­госторонним и многообъемлющим условным раздражителем, кото­рый нельзя даже сравнивать с условными раздражителями живот­ных. Как известно, для животного, даже высокоорганизованного, слово — просто звук, в то время как для человека каждое слово имеет глубокий смысл, значение. Слово благодаря предшествую­щей жизни взрослого человека связано со всеми внешними и внут­ренними раздражениями, приходящими в большие полушария го­ловного мозга, а потому может вызвать все те действия, реакции организма, которые обусловливали эти раздражения. «Внушение есть наиболее упрощенный, типичнейший условный рефлекс чело­века»,— резюмирует И. П. Павлов.

Приведем пример. Представьте себе, что исследователь кладет в рот испытуемого ломтик лимона. Что при этом произойдет? В ответ на натуральный пищевой раздражитель (лимон) на основании врожденного безус­ловного пищевого рефлекса выделится слюна. Однако можно получить такое же выделение слюны не давая лимона испытуемо­му, а лишь показывая его (действие через зрительный анализатор), В данном случае слюноотделительная реакция была осуществлена через так называемую первую сигнальную систему (через зрение, слух, обоняние). Но можно такую же реакцию получить, рассказы­вая о лимоне, его кислом вкусе: «Я беру большой сочный лимон, раз­резаю его и начинаю выжимать из него кислый сок в стакан!» — го­ворит экспериментатор. И от одних слов о лимоне у испытуемого на­чинает выделяться слюна.

В этом случае имеет место воздействие че­рез вторую сигнальную систему, присущую только человеку. Слово в сигнальной деятельности головного мозга как бы заменяет непо­средственный натуральный раздражитель. Слово «лимон» как ус­ловный раздражитель второй сигнальной системы возбуждает пер­вую сигнальную систему и даже через подкорку вызывает физиоло­гическую реакцию — слюноотделение. При этом необходимо пом­нить, что первая сигнальная система находится в неразрывной свя­зи и взаимодействии со второй сигнальной системой, являющейся основой речи, мышления, письменности, анализа слов, и что первой сигнальной системы в «чистом виде» у человека не существует. Слово отражает социально-исторический опыт человечества и ин­дивидуальный опыт отдельного человека.

Диапазон значения слова чрезвычайно велик: от простого ус­ловного обозначения предмета до абстрактных, отвлеченных поня­тий и представлений, отражающих человеческое мышление. Соот­ветственно этому диапазону многообразен и широк диапазон сло­весного внушения. Так, если словом «лимон» можно вызвать слю­ноотделение, а словом «еда» у голодного человека — выделение желудочного сока и двигательную реакцию кишечника, то ничего удивительного нет в том, что словом «спите» по механизму внуше­ния можно вызвать гипнотический сон.

Теперь на примерах покажем действие и силу внушения, само­внушения и взаимовнушения. На одной из лекций студентам-меди­кам было заявлено: «Сегодня мы будем изучать деятельность обонятельного анализатора: скорость распространения запаха по помещению. Предлагаем вам следующий опыт». Профессор налил на вату немного темной жидкости из принесенного флакона и поло­жил вату на кафедру. Студентов попросили поднять руку, как только они почувствуют резкий, неприятный запах. Вскоре в пер­вых рядах поднялось несколько рук студентов, почувствовавших за­пах. Далее запах «распространился» в глубь аудитории и, наконец, дошел до задних рядов. В это время некоторым сидящим впереди стало дурно, и их пришлось вывести из лекционного зала. Каково же было удивление студентов, когда после окончания опыта им заявили: «Никакого запаха не было! Вам его внушили. Вы напря­женно ждали его, «принюхивались», и вот у вас развилась массо­вая, внушенная обонятельная галлюцинация»!

Как видно из опыта, проведенного в обычном бодром состоянии, без гипноза, внушение оказалось достаточно сильным.

Если у молодых и образованных людей в наше время удалось вызвать обонятельную галлюцинацию массового характера, то не приходится удивляться тому, что в средние века или более близкое нам время под влиянием внушения представителей церкви нередко вспыхивали массовые галлюцинации религиозного характера.

В Европе в средние века могущественным влиянием пользова­лась католическая церковь. Служители церкви внушали ве­рующим, что дьявол так же всесилен, как и сам бог, что демоны под видом обычных людей могут свободно проникать в человече­ские жилища и вступать в контакт с людьми. Более того, демоны могли, уменьшаясь до размеров мухи, проникать в тело человека через нос, уши и рот. В таком случае человек делался игрушкой в лапах дьявола, который начинал управлять не только действия­ми этого человека, но и его мыслями и речью. «Одержимый дьяво­лом» человек (это были чаще женщины, страдавшие истерией), как правило, не переносил  святых  мест, его начинало корчить  при виде креста или иконы. Обычно такие  одержимые  боль­ные люди, приходя в храм или костел, падали наземь в судорогах, их тело начинало изгибаться дугой (истерическая дуга), они вы­крикивали богохульства, плевали на иконы, на их губах появлялась пена, тело содрогалось от конвульсий, они мычали, мяукали, квака­ли как лягушки и т. д.

Этих  явных  признаков одержимости и бес­новатости было достаточно, чтобы представители «святой» инкви­зиции хватали несчастных больных людей и тащили их в церков­ные застенки, где под пытками жертвы «признавались» в своих связях с дьяволом, за что по законам «святой» церкви им полага­лась «очистительная» смерть в огне. В Европе в средние века было сожжено и замучено до 12 млн. нервнобольных людей. То, что это были больные, внушаемые люди, страдавшие истерическим невро­зом, подтверждается признаками заболевания, подробно описан­ными свидетелями и палачами инквизиции. Интересно отметить, что сами «одержимые» под влиянием внушения церкви и самовну­шения глубоко верили, что в них действительно вселился дьявол.

Может возникнуть вопрос для чего приводятся эти историче­ские сведения? Ведь теперь никто в дьявола не верит. Но законы внушения и самовнушения остались в силе и в наше время. В наша дни многие люди под влиянием внушения и самовнушения начи­нают, например, верить, что у них возникло заболевание раком или опухолью мозга или у них возник инфаркт миокарда и т. д.

Эти мнительные и впечатлительные (внушаемые) люди начинают чи­тать медицинские книги и журналы (предназначенные для вра­чей), слушать разговоры и жалобы действительно больных, или еще хуже — наблюдать страдания родных или соседей по палате, и у них все ярче и отчетливее возникают «симптомы» тяжкого или смертельного недуга. При самом тщательном обследовании совре­менными методами у таких людей болезни не находят, болезни --нет. Это — «болезнь воображения». Беседы с врачом их не успо­каивают, так как они убеждены, что от них скрывают правду из гуманных соображении. Такова сила самовнушения. Помочь лю­дям, «одержимым болезнью», может только психотерапия в виде внушения в бодром состоянии или еще лучше в гипнозе, так как никакие лекарства здесь не дают эффекта.

Приведем пример.

Девушка 23 лет ухаживала за своей матерью, умиравшей от рака желудка, и постепенно путем самовнушения она «перенесла» на себя все симптомы заболевания, наблюдавшиеся у матери. По­трясенная страданиями матери, дочь начинает отчетливо «ощущать» те же симптомы болезни, которые она наблюдала у матери. Девуш­ка с тревогой обращается к врачу. Врачи исследуют ее кровь, же­лудочный сок, проводится рентгенологическое исследование желуд­ка и кишечника. Естественно, никаких подтверждений «болезни» не обнаруживается. Но «больная» врачам не верит, «симптомы» за­болевания не исчезают. Заверения врача, что никакого рака у нее нет, расцениваются больной как желание успокоить «безнадежную» больную. Только после того, как девушка прошла длительный курс психотерапии, она наконец освободилась от канцкрофобии {рако  боязни).

В другом случае самовнушение оказалось роковым. В одной за­рубежной стране безработный, желая проехать «зайцем» в родные места, пришел на станцию железной дороги и забрался в открытый вагон. Проходившие железнодорожники закрыли двери вагонов этого состава и вскоре он тронулся. Через шесть часов товарный состав прибыл на конечную станцию и стали рассортировывать ва­гоны. Когда открыли вагон, где находился безработный и безби­летный пассажир, все испуганно шарахнулись в сторону. В вагоне оказался труп замерзшего человека. Оказалось, что человек сей в вагон-холодильник (рефрижератор). Казалось бы, ничего необыч­ного не произошло, человек несколько часов находился при темпе­ратуре 18—20 °С и, естественно, не мог не замерзнуть. Но все оказа­лось не так просто. Вагон-рефрижератор был неисправен и фак* тически холодильником не был. Его везли для ремонта. Отчего же замерз человек? По-видимому, после того как человек осмотрел­ся и понял, что по ошибке сел в вагон-холодильник, пришел в ужас, его охватила паника и он под влиянием самовнушения на­чал испытывать «холод», его тело покрылось «гусиной кожей», его. стало трясти, он начал кричать и бегать по вагону, чувство само­внушенного холода нарастало, он закоченел так, как если бы в вагоне было действительно очень холодно, и погиб. Примеров, показывающих силу самовнушения, множество. Ограничусь еще одним. Академику И. П. Павлову была представлена больная женщина в связи с возникшей у нее самовнушенной «беременностью». Эта женщина страстно хотела иметь ребенка, но беременности не на­ступало. И вот однажды эта впечатлительная особа вообразила,  что она беременна: у нее прекратились регулы, стала набухать грудь, увеличиваться размеры живота (за счет отложения подкож­но-жировой клетчатки) и т. д. Женщина радостно стала шить рас­пашонки и готовиться к материнству. Однако беременности не было.

По данным медицинской статистики, зарубежные поликлиники и больницы на 20—25% заполнены «больными», у которых заболе­вание возникло под влиянием самовнушения. Эти нервные люди мучают себя различными процедурами и исследованиями (глотание зонда, гастроскопия и ректо-романоскопия, рентгенография и ЭКГ и т. п.) в надежде распознать наконец свою «страшную» болезнь. Эти люди не симулянты, они тратят последние сбережения на ле­чение и лекарства, которые стоят очень дорого, пишут завещания,, пугают родных и близких, дают распоряжения, где их похоронить, и т. д. Таким больным может помочь лишь умелая психотерапия (гипноз, внушение, аутотренинг).

В настоящее время установлено, что внушение действует не только на нервные реакции, но и на вегетативные (растительные)-функции организма. Так, с помощью внушения в гипнозе удава­лось изменять диаметр мелких сосудов, бронхов и бронхиол*, влиять на свертываемость крови (останавливая кровотечения),, на менструальный цикл у женщин и выделение молочных: желез. Внушением можно снимать чувство боли. Для доказатель­ства кожно-трофических явлений на волонтерах (добровольцах) были проведены интересные исследования. Так, внушая в гипнозе человеку, что к его руке приложен раскаленный металл (внуша­лось: «Я обжигаю вас!»), вызывали на месте прикосновения холод­ным предметом не только эритему (красноту), но и волдырь от мни­мого ожога. В другом случае испытуемый, находившийся в состоя» нии гипноза, в результате внушения: «Вы находитесь на сорокагра­дусном морозе без шапки!» — отморозил кончики ушных раковин. По мнению академика В. М. Бехтерева, внушение, взаимовну­шение и самовнушение играют огромную роль (не всегда учитываемую) и в повседневной жизни человека, сопровождая нас с детских лет до глубокой старости. Внушением мы воспитываем детей, прививаем подросткам любовь к труду, опрятность и другие навыки или, наоборот, дурные привычки (курение, употребление алкоголя), Даже моды подчиняются законам внушения и взаимовнушения. За рубежом на основе внушения создается реклама. Церковь в странах. Запада и США широко и умело использует внушение для укрепле­ния своих пошатнувшихся позиций. Кинофильмы, телевидение, ра­дио, религиозная печать «—« все используется для укрепления веры-прихожан. И эта гигантская машина внушения работает не вхо­лостую.

В настоящее время на основе технических достижений внушение получило новое раскрытие в работах профессора А. М. Свядоща, который считает, что лечение внушением можно рассматри­вать как метод лечения информацией. Внушение, с его позиций, это введение информации, принимаемой больным без критической-оценки и оказывающей влияние на нейро-психические процессы. Оно невозможно при отсутствии смыслового содержания вводимой информации. Однако далеко не всякая информация оказывает вну­шающее действие. В результате исследований ученых было дока­зано, что в мозге человека и животных протекают процессы веро­ятностного прогнозирования. Наблюдения над явлениями внушения и плацебо-эффекта (вместо лекарства — индифферентный по­рошок) привели к убеждению, что при этом в мозгу протекают и процессы верификации информации, т. е. определение ее досто­верности. Большая часть поступающей информации подвергается автоматической неосознаваемой оценке ее достоверности, а также значимости. Благодаря этому организм, не загружая сознание,, ограждается от неадекватного реагирования на сигналы, которые не имеют к нему отношения или несут ложную или незначимую информацию. Особенность внушения кроется в том, что помимо основной информации, определяющей содержание внушения, вво­дится еще-добавочная — верификационная (удостоверяющая)  достоверность основной информации. Так, например, больной говорят: «Руке не больно». В другом случае внушают ей в другой тональности: «Руке не больно!» Во втором случае добавочную информацию несут голос, интонация, мимика, авторитет врача. Если этой добавочной информации не будет, то эффект внушения не наступит.

Свядощ записал на студийном магнитофоне одни и те же фразы, произнесенные одним и тем же лицом обычным тоном и тоном внушения, и подверг записанные слова спектральному анализу с помощью интонографа и электронной вычислительной машины. Таким путем удалось получить цифровые физические ха­рактеристики, отличающие повествовательную речь от внушаю­щей, и выявить некоторые особенности верификационной информа­ции. Оказалось, чем более уверенным тоном говорит человек, тем большим верифицирующим действием обладает его речь.

В этих опытах явления конформизма, т. е. навязывания явно ложного мнения группой лиц одному из членов этой группы, ис­чезали, если хотя бы два-три человека из группы высказывали это мнение неуверенным тоном.

Ложная верификация информации лежит в основе плацебо эффекта и в косвенном внушении, при котором больной приписы­вает терапевтическую силу лекарству, которым оно в действитель­ности не обладает.

Недалеко то время, когда ученые и врачи будут еще полнее управлять силой словесного внушения, особенно в гипнозе, не только для лечения, но и для многих других целей: в воспитании и педагогике; в спорте, в дальних космических полетах, для устра­нения чувства одиночества и нарушенного ритма сна и бодрство­вания. Ведь для внушения не существует расстояния: можно вну­шать и гипнотизировать с помощью средств связи (радио, телеви­дения). Трудно даже предвидеть возможности внушения в буду­щем.